Дж.К. Роулинг
Издательство  Scholastic, выпустившее в свет книги о Гарри Поттере, в рамках открытия нового Читательского клуба «Гарри Поттера» провело онлайн-конференцию с Джоан Роулинг, во время которой знаменитая писательница ответила на многие интересные вопросы. Приятного чтения! 


Pottermore: Интерьер Ночного рыцаря.


Scholastic: Насколько этот прекрасный город и его богатая история оказали на вас влияние?
Дж. Р.:
В определенной степени. В книгах не появились бы некоторые моменты, если бы я не жила в Эдинбурге. Например, когда я искала фамилию в некоторой степени для особенно самонадеянного и надоедливого персонажа, которого звали Локхард, я, оказавшись в церкви, увидела красивую фамилию Локхард. Церковь, как вы понимаете, находится в Эдинбурге. Таким вот образом Гилдерой получил свою фамилию. 

Такими мелочами являлись имена, иногда названия улиц. Их я и включила в книги. Но, должна сказать, что я отношусь к такому типу писателей, которые могут писать в любом месте. Было замечательно писать в таком красивом городе. К тому же, здесь есть великолепные кафе, в которых я очень много писала, поэтому этот город мне многим помог. Я бы сказала, что люди здесь очень уважают частную жизнь других, так что я могла писать в кафе долгое время, даже, когда «Гарри Поттер» стал широко известен. За это я очень благодарна Эдинбургу. 

Scholastic: Как вы думаете, почему эти книги очаровывали и продолжают очаровывать такое количество читателей разных возрастов?
Дж. Р.:
Я думала об этом. Раньше я отвечала просто: «Спросите читателей. Они лучше знают, что им нравится». Но по пришествию многих лет я немного лучше поняла, в чем их очарование, и произошло это в основном из-за общения с читателями. Думаю, в первую очередь люди влюбились в героев. Даже при том, что магия настолько притягательна, и идея существования подобного тайного мира столь привлекательна. Для меня, как писателя и взрослого человека, мысль о том, что где-то есть что-то особенное, чему вы можете принадлежать, вызывает неподдельный интерес. Я по-прежнему думаю, что, по большому счету, именно герои влюбили людей в этот мир, прежде всего, как мне кажется, ГарриРон и Гермиона

Scholastic: Вы всегда мечтали стать писательницей?
Дж. Р.
: Всегда. Я без преувеличения не могу вспомнить время, когда я знала, что мне нужно было зарабатывать на жизнь, и я не хотела быть писательницей. Хотя, мои родители не воспринимали писательскую деятельность как профессию, которой можно зарабатывать на жизнь, но я всегда хотела стать писательницей. В глубине души я знала, что буду пробовать свои силы в этой стезе изо всех сил. 

Scholastic: Вы даже в детстве придумывали истории?
Дж. Р.:
Да. Я впервые написала книгу в шесть лет. В ней рассказывалось о кролике по имени Кролик

Scholastic: Интересно было бы взглянуть на нее.
Дж. Р.
: Она не очень хорошо написана, но, оглядываясь назад, меня впечатляет то, что я дописала ее до конца. Думаю, это хороший пример для того, кто действительно хочет писать, потому что придумать начало для истории очень легко, а вот закончить ее не очень

Ученик: Когда вы росли, у вас были учителя, которые способствовали вашему творчеству?
Дж. Р.:
У меня были такие учителя. Например, в начальной школе некоторые учителя зачитывали вслух мои работы в классе, тем самым заставляли меня чувствовать себя особенной. Они действительно помогли, и я навсегда запомнила это. Чувство гордости, которое я испытывала за свою работу, зачитываемую перед учениками, имело для меня большую ценность. Когда я стала подростком, моей преподавательницей английской литературы стала Люси Шепард. Я так хорошо помню ее имя, потому что только что встретила ее. 

Она была превосходным преподавателем английской литературы, как Дамблдор и МакГонагалл. Она учила меня не только литературы, но и жизни. Она являла собой прекрасный пример очень умной женщины, готовой постоять за свои принципы и за себя. Ты всегда будешь помнить учителей, которые говорили тебе: «Ты можешь сделать это»

Scholastic: Вы помните, какими были первые и последние строки, написанные вами, и сколько между ними прошло времени?
Дж. Р.:
Между ними прошло 17 лет. Я закончила писать «Дары Смерти» в 2007 году, точнее редактировать. Не могу точно сказать, какое слово я написала последним, т. к. когда редактируешь, работаешь со всей книгой. Первое предложение, если не считать предварительных черновиков, отличалось от того, которое появилось в книге. Не могу точно его процитировать, но в нем говорилось о Темной лощина, которая затем трансформировалась в Годрикову лощину. Рассказ о ней изначально был включен в первую главу «Философского Камня», но в итоге появился намного позже. 

Scholastic: Какой ваш самый любимый момент за все эти 17 лет?
Дж. Р.:
Их было очень много. Мне нравятся многие моменты из первой книги. Также мне нравится первое появление Луны. Я с нетерпением ждала, когда буду описывать его. Сцена на кладбище («Кубок Огня»). Мне нужно было быть очень осторожной, чтобы не раскрыть многого для тех, кто не дочитал серию. По разным причинам было замечательно писать эту сцену, в течении нескольких лет я стремилась к ней. Также мне нравятся и незначительные мелочи, я до сих пор помню, как мне нравилось придумывать глупые куплеты, которые пел Пивз

Scholastic: Как насчет момента, который за эти 17 лет, лично запомнился вам?
Дж. Р.:
Как для автора, таких моментов тоже было много, но второй тур в Америке оказался просто невероятным. На тот момент книги уже пользовались большой популярностью, но я не могла представить, насколько популярными. Помню, как мы ехали в машине на первое подписание книг, а по сторонам от машины стояли толпы народу, ожидающие встречи со мной. И я спросила Криса Морана, работавшего тогда в издательстве Scholastic, и ставшего моим другом: «Крис, здесь проходит распродажа?» Он посмотрел на меня недоуменно и ответил: «Ты с ума сошла? Эти люди ждут встречи с тобой». Никогда не забуду тот момент. Тогда я впервые поняла реальное положение дел. Это было невероятно, но в то же время пугающе. Я не ожидала подобного, т. к. в предыдущий тур нас встречали буквально несколько сотен людей. 

Ученик: Как вы вначале представляли себе отношения Гарри, Рона и Гермионы, и как ваше видение менялось с развитием сюжета в книгах?
Дж. Р.:
Прекрасный вопрос, потому что эти отношения лежат в основе всей серии. Некоторые писатели говорят: «персонаж — это сюжет», и в значительной степени я согласна с ними. Поэтом у Гарри два друга. Очень разных друга. Рон забавный парень, в то же время верный и человечный, более человечный, чем Гарри — герой, который часто стоит особняком от остальных, который должен выполнить задание. 

Рон — более реальный парень со своими проблемами и недостатками. Рон всегда пугается и спрашивает: «Правда, мы будет должны сделать это снова?» Но он всегда рядом с Гарри. Единственная проблема Рона, а иногда и его друзей, — неуверенность. Рон считает, что он, вероятно, не так хорош, как его братья. У Рона большая семья, затем он становится другом самого знаменитого мальчика в волшебном мире, со всем этим ему предстоит справиться. При этом он продолжает свое эмоциональное путешествие. Я знала историю Рона с самого начала. 

Гарри — мальчик, которому необходимо веселье, и Рон может развеселить его. Также Гарри — мальчик, который, хотя странным образом был отмечен судьбой, он много не знает. И помогает ему узнавать Гермиона. Таким образом, двое друзей Гарри дают ему, то, что нужно. Гермиона очень умная. Она не только много знает, она знает, где найти нужную информацию. Но она также проходит свой путь на протяжении всех книг. Благодаря Рону, она учится раскрепощаться и узнает, что в мире существует что-то еще помимо зубрежки. Этот урок она усваивает довольно рано и может расти, как личность. 

Я знала историю этих героев с самого начала написания книг, и, думаю, мне это было нужно, потому что иначе я бы не смогла писать дальше и не дала им потенциал, чтобы расти, как личностям. 

Scholastic: Рон и Гермиона сомневаются в Гарри.
Дж. Р.:
Это так. Конфликт делает их взаимоотношения интереснее. Даже самые крепкие и теплые дружеские отношения подвергаются испытаниям, и настоящая дружба определяется не отсутствием конфликтов, а тем, как вы справляетесь с ними, потому что вы должны быть честными и найти способ преодолеть все трудности. 

Scholastic: Как читатели, мы совершаем путешествие вместе с ними, и оно на самом деле касается более важных вещей, чем магия, не так ли?
Дж. Р.:
Полностью с вами согласна, потому что эти трое не желают быть банальными, они хотят познать самих себя. Конечно, им нужно узнать друг друга, но самопознание — главный фактор. Не вдаваясь в подробности, когда мы узнаем, что собой представляют Дары Смерти, что они демонстрируют, что из себя представляют люди, которые их ищут, хотят ими обладать, на самом деле, к тому моменту Гарри, Рон и Гермиона уже в состоянии справиться с такими вещами, и в этом состоит их эмоциональное путешествие, которое имеет мало общего с магией

Scholastic: Вы писали об этих троих персонажах долгое время, какие качества каждый из них получил от вас?
Дж. Р.:
Я выскажу хороший аргумент, согласно которому автор присутствует в каждом персонаже, о котором пишет. Должен присутствовать. Необходимо понять, что переживает каждый, поэтому нужно поставить себя на место всех персонажей. Но мои черты присутствуют в Гарри, Роне и Гермионе. Гарри — любопытный персонаж. В книге он, возможно, не самый популярный, потому что перед ним всегда стоят какие-то задачи. 

Зачастую такого человека чуть сложнее полюбить, потому что его недостатки, как правило, отличаются от обычных недостатков. Часто Гарри является сторонним наблюдателем, смотрит на мир, и это дает ему особую силу. Он слегка отчужден, и это качество является не очень привлекательным. Но зачастую такие люди довольно необычные и способны на свершения. Большинство писателей обладают этой чертой, поэтому, если мы говорим, что какие-то мои качества присутствуют в этих персонажах, отчужденность Гарри получил от меня. С Гермионой дело обстоит легче. 

Гермиона — преувеличенная версия меня в детстве. Она не точная копия меня. Хотя я была девочкой, которая очень любила читать, и, которая пошла бы в библиотеку, чтобы взять новую книгу почитать. Чтобы справиться с проблемами в Хогвартсе, я бы пошла на поиски книги. Также многими черты присутствуют в Роне. Многие из шуток Рона смешат меня. Мне нравится его чувство юмора, и, очевидно, оно исходит от меня

Scholastic: Как читатели, мы отождествляем себя с этими персонажами, и в основном потому, что в некотором роде, они сталкиваются с теми же вещами, что и мы.
Дж. Р.:
Совершенно верно. Помню, как в 97–98 году один мальчик лет 10 посмотрел на меня и сказал: «Мне очень нравится книга». Я ответила: «Спасибо большое». Он продолжил: «Часто Гарри не знает, что происходит, также как и я». Я подумала, что он прав, ведь у каждого возникает чувство незнания того, что происходит. Оказываясь в новой школе, ощущение потерянности присуще всем, особенно детям того возраста. 

Ученик:
Догадывались ли вы, когда писали книги, что приключения Гарри, Рона и Гермионы, помогут нам справиться с проблемами, с которыми сталкиваемся мы в реальной жизни?
Дж. Р.:
Наверно, нет, потому что, когда пишешь, полностью погружаешься в этот мир, живешь в нем, чувствуешь его, и последнее о чем думаешь, как люди будут читать эту книгу. Ты слишком занят ее созданием. О схожести проблем я поняла позже, когда ко мне стали приходить многочисленные письма от мальчиков и девочек, которые рассказывали, что из них в классе обижает свои Драко Малфой или Панси Паркинсон. Для меня это имеет большое значение. Я надеюсь, что люди, столкнувшиеся с подобными проблемами, подумают: «А я ведь не один такой. Есть плохие люди, а мне все равно. Я должен найти выход из этой ситуации». Поэтому было здорово услышать подобное. 

Ученик: Как вам пришла идея создания Pottermore?
Дж. Р.:
Я почувствовала, что время для этого пришло. Поскольку многие поклонники спрашивали: «Когда мы сможем читать электронные книги? Когда появятся книги в других форматах?» У меня было время, чтобы подумать над тем, как все устроить. Так и пришла идея Pottermore. Но вскоре я захотела, чтобы Pottermore превратился во что-то большее, ведь возможности интернета безграничны. Никто и не мечтал, что в 1997 году выйдет первая книга о Гарри Поттере. Я увидела возможность создать среду, в которой можно узнать новые интересные подробности о волшебном мире.

На сайте вы можете заглянуть вглубь иллюстраций, как бы перелистывая книгу, и делать некоторые замечательные вещи. К тому же, на сайте можно читать. Я была очень рада, что у людей появится хороший опыт онлайн чтения. Думаю, очень важно отметить, что все дополнительные материалы, размещенные на сайте в большом количестве, доступны бесплатно. Сайт создан не только для продажи книг. Если хотите, вы можете их купить, но самой замечательной вещью для меня является тот факт, что я могу поделиться дополнительными материалами, которые я создавала на протяжении многих лет, и теперь могу разместить в сети. Таким образом, каждый поклонник сможет получить к ним доступ, играть с ним, и мне это очень нравится. Если бы мне нравилась какая-то серия книг, и я могла бы узнать дополнительную информацию о персонажах, я была бы в восторге. Pottermore явился шансом к осуществлению этого. 

Над созданием сайта работал восхитительная команда. И я была так увлечена. На сайте вы можете прикоснуться ко многим интересным вещам. Можете получить палочку, пройти сортировку, думаю, это очень заинтересует поклонников. Я придумала все это, и мне было очень интересно. Думаю, существует 30000 или более вариантов палочек, поэтому ваша будет только вашей. 

Составление вопросов для отбора на факультеты также было интересным занятием, потому что в сети очень много некачественных подделок. Теперь настало мое время взяться за это

Ученик: Какие моменты из «Философского Камня» на Pottermore ваши любимые?
Дж. Р.:
На мой взгляд, самый классный момент, когда оказываешься в Косом переулке. Мне нравятся иллюстрации, заходить в магазины, покупать вещи. Это можно сравнить с книгами-раскладушками, которые были популярны в мое время. А иллюстрации, которые вы можете приближать и удалять, создают 3D эффект. Это было очень волнительно. Я хотела, чтобы стиль сайта был похож на книгу. Таким образом, иллюстрации не кинематографические, они больше похожи на книжные, как в книгах-раскладушках, которые мне нравятся. 

Ученик: По возвращению к персонажам кто-нибудь из них открылся вам по-новому?
Дж. Р.:
Прежде всего, возвращаясь в истории о ГарриПо правде говоря, я не чувствую, что я отошла от нее. Я никогда не собиралась делать этого. Она была частью моей жизни 17 лет. Я была совершенно убита горем, когда завершила писать книги. Мне было очень тяжело. Возвращение к книгам через Pottermore произошло до смешного легко. Как будто я просто снова открыла дверь в мой старый дом. Мне нравится доставать вещи из коробки или придумывать что-то новое для Pottermore. Это отличный способ оставаться на связи с миром и поклонниками Гарри.

Открылся ли мне кто-нибудь из персонажей по-новому? Я бы так не сказала, т. к. я всех их отлично знаю. К слову, недавно я завершила писать биографию Ремуса Люпина — одного из любимых персонажей серии. При написании биографии Ремуса, хотя она была у меня в голове, я никогда ее не записывала, но перенося ее на бумагу, мне стало очень грустно. Это все, что я могу сказать, потому что не хочу раскрывать подробности, но в тот момент меня переполняли эмоции. Я чувствовала связь с этим персонажем, и мне было тяжело снова проживать его судьбу.

Scholastic: Должно быть волнительно наблюдать за тем, как оживают книги?
Дж.р.:
Да. Это был долгий процесс. Мы, я говорю «мы», потому что к созданию сайта причастна большая команда. На создание ушло несколько лет. Люди все время спрашивали: «Когда же появятся электронные книги?» И я не могла назвать им точной доты, потому что мы надеялись создать самое замечательное место для онлайн чтения. И, наконец, увидеть, что сайт заработал, было очень здорово. Я тоже зарегистрировалась на ней, как обычный участник, потому что, как и все, хотела опробовать его в действии

Scholastic: Мы опросили ваших поклонников и попросили выбрать один самый интересующий их вопрос, который бы мы вам задали. В опросе приняло участие 40000 человек и 40% из них хотят узнать, на какой факультет Pottermore вы попали?
Дж. Р.:
Как я уже говорила, я знаю, как все устроено. Я вошла на сайт как обычный пользователь Pottermore, чтобы увидеть все своими глазами, но имени своего я не скажу. Прошла сортировку и попала на Гриффиндор. Ответив на последний вопрос, в свете того, что я же и придумывала эти вопросы, я подумала: «Эй, я не уверена, что ответила так, чтобы попасть на Гриффиндор». Я отвечала на вопросы предельно честно, и специально выбирала варианты, относящиеся к другим факультетам, поэтому мне было интересно, куда же меня определят. В итоге я оказалась на Гриффиндоре

Scholastic: Что вы сказали бы тем, кто расстроился из-за того, что оказался на Хаффлпаффе?
Дж. Р.:
Это один из наболевших вопросов. Вы можете удивиться, но это правда, во многих отношениях Хаффлпафф — мой любимый факультет. И я скажу почему. Потерпите минутку. Опять же, я не хочу раскрывать все подробности людям, которые не прочли всю серию книг, постараюсь объяснить аккуратно. В последней книге ученик каждого факультета решает для себя вступать ему в борьбу или нет. 

Слизеринцы по понятным причинам отказываются. Часть студентов Ревенкло решают, что они выступят, часть нет. Также остаться решают Хаффлпаффцы и Гриффиндорцы. Что касается Гриффиндора, на факультете много безрассудных людей, стремящихся произвести впечатление. Это так и есть. Я — Гриффиндорка, и имею право об этом сказать. Гриффиндорцы храбры, но не прочь и порисоваться, иногда у них присутствуют оба этих качества. Хаффлпаффцы же остались по другой причине. Они не пытались произвести впечатление, не стремились к безрассудству

В этом вся суть факультета Хаффлпафф. Несколько дней назад моя старшая дочь, Джессика, высказала очень глубокую мысль. Сама она не на Хаффлпаффе, но она сказала мне следующее: «Думаю, мы все должны хотеть оказаться на Хаффлпаффе». И, окажись я на этом факультете, нисколько бы не расстроилась. И меня огорчает, что люди переживают по этому поводу. 

Scholastic: Но
вы на Гриффиндоре.
Дж. Р.:
Да, я на Гриффиндоре, но не все так просто. Гарри на Гриффиндоре, но он попал туда по той же причине, что и я. У меня вспыльчивый характер. У Гарри свои проблемы. Кроме того, хотя и принято считать, что темных волшебников на Гриффиндоре нет, из стен факультета их вышло немало. А вот среди Хаффлпаффцеф нет ни одного темного мага. Как, впрочем, и у Слизерина также были свои герои. 

Scholastic: Какие планы на будущее?
Дж. Р.:
Писать новые книги (смеется). Определенно писать новые книги. В настоящий момент проходит рекламная компания моей новой книги для взрослых и продлится она еще несколько дней. Но, как мне кажется, следующая моя книга, вероятно, будет посвящена детям. Я не хочу связывать себя обязательствами, потому что после 15 лет пребывания в роли автора «Гарри Поттера» кто-то обязательно скажет: «Она точно напишет еще книгу для детей», и складывается такое впечатление, что тебе не позволили изменить свое намерение. Поэтому я стараюсь точно не говорить о своих планах. Я не на все сто процентов уверена, чем займусь в дальнейшем, но, как мне кажется, это будет книга для детей младшего возраста.

Scholastic: Теперь отвечайте первое, что придет на ум. Поехали!
Дж. Р.:
Хорошо. Боже, мне страшно. 

Scholastic: Любимый цвет?
Дж. Р.:
Розовый. 

Scholastic: Любимое блюдо?
Дж. Р.
: Суши. 

Scholastic: Нелюбимое блюдо?
Дж. Р.
: Рубец. Он такой отвратительный на вкус, как и на вид

Scholastic: Любимый звук?
Дж. Р.:
Плеск волн или храп мужа. 

Scholastic: Нелюбимый звук?
Дж. Р.:
Храп мужа, когда я хочу спать. 

Scholastic: Любимый вид спорта?
Дж. Р.:
Квиддич. 

Scholastic: Чем любите заниматься в свободное время?
Дж. Р.:
Сходить куда-нибудь детьми. И, поскольку я творческий человек, люблю рисовать, слушать музыку. Не очень интересные ответы, не так ли? Но такова реальность. А еще я люблю готовить, особенно выпечку. 

Scholastic: Какое качество
в человеке цените больше всего?
Дж. Р.:
Храбрость. 

Scholastic: Если бы я ни была писательницей, я была бы
Дж. Р.:
В депрессии. Нет ничего другого, чем я бы хотела заниматься. Недавно моя младшая дочь спросила меня: «Мамочка, если бы тебе пришлось выбирать между нами и писательством, что бы ты выбрала Я ответила, что их, своих детей, но тогда бы я была очень раздражительной. 

Scholastic:
Вы много раз говорили, что самым радостным моментом написания книг о Гарри Поттере был тот факт, что дети стали читать больше. Представьте, что прошло 20, 50, 20 лет. Что вы надеетесь, дети вынесут для себя, читая о Гарри?
Дж. Р.:
Тоже, что я из своих любимых книг — знание того, что есть место, в которое ты можешь отправиться, которое ты любишь, и в котором чувствуешь себя в безопасности. Такие чувства у меня возникают по отношению к моим любимым книгам. Где бы я ни была, если со мной одна из любимых книг, у меня есть место, куда я могу отправиться и быть счастливой. Поэтому, если для кого-то из них таким местом станет Хогвартс, для меня не может быть большей чести.