Как я уже говорила, данная статья будет посвящена человеку, который несет ответственность за воспитание Гарри Поттера – Альбусу Дамблдору. Разумеется, директор Хогвартса – не единственный, кто принимает участие в становлении мальчика, но на его совести вся организация воспитательного процесса, и он, на мой взгляд, блестяще со своей задачей справился (но об этом потом). А сейчас пристальные взгляды обратим на личность профессора Альбуса Персиваля Вулфрика Брайана Дамблдора, человека не менее загадочного, чем сам профессор Северус Тобиас Снейп. Итак...

Часть II. Воспитатель

Буквально, с самого начала директору Хогвартса дается весьма неоднозначная характеристика. “Он гений! Он лучший чародей в мире! Но он, совершенно верно, слегка того”. И надо заметить, что его действительно вполне устраивает тот факт, что его считают несколько выжившим из ума и в прессе называют “замшелым маразматиком”. “Прежде чем начать банкет, я бы хотел сказать несколько слов. А слова мои будут такие: Тютя! Рева! Рвакля! Цап! Спасибо!” – говорит он в начале первого для Гарри учебного года. Глупость, конечно, но все действия и слова Дамблдора продуманы и обоснованы – он ничего не делает просто так, и в этом мы убедимся.

Обманчивого впечатления он добивается и своей внешностью: “Человек был высокий, худой и очень старый, если судить по серебристым волосам и бороде - причем и то, и другое было таким длинным, что он вполне мог бы затыкать их за пояс”. Как утверждает сама Дж. Роулинг, Дамблдору около 150 лет. Но при этом он в отличной физической форме: “Дамблдор нагнулся и, с силой, удивительной для такого худого и пожилого человека, поднял Гарри с земли и поставил его на ноги” и “с неожиданной ловкостью более юного человека, Дамблдор сполз с валуна, очутившись в воде, и начал плыть блестящим брасом прямо к темной дыре в лицевой части скалы”.

Зачем же весь этот спектакль магу, которого боится даже Сами-Знаете-Кто? Очевидно, что такое положение вещей ему выгодно. Ну а недооценка может быть полезна лишь в глазах врагов. Если смотреть с этой точки зрения, то поведение профессора становится вполне логичным – уже на следующий день дети последователей Темного Лорда напишут домой своим родителям, о том что старикан несколько не в себе, из чего те должны сделать вывод, что Альбус Дамблдор им не опасен. И, соответственно, чем меньше его боятся, тем менее пристально наблюдают за ним, что существенно увеличивает свободу действий директора.

Но, несмотря на имидж чудаковатого старичка, Альбус Дамблдор остается весьма уважаемым человеком и является обладателем ордена Мерлина первой степени, председателем Международной Конфедерации Чародеев и Верховным Ведуном Мудрейха (высшего колдовского трибунала) и директором школы магии и волшебства Хогвартс. Но при всем этом он “никогда не хотел быть министром, хотя многие мечтали видеть на этом посту именно Дамблдора”. Почему? Ответ тот же – пост министра обязывает работать на публику, приковывает к себе внимание, которое ограничивает свободу действий. А вот возможность влияния на научное развитие общества и правосудие дает реальную возможность контролировать ситуацию, но при этом не обременяет. Ну и конечно, контроль над школой позволяет приглядывать за всеми подрастающими колдунами Англии и обеспечивает связь и влияние на большинство магических семей. Во истину этот человек ничего не делает без веских на то оснований!

Но люди, которые знают Дамблдора ближе, не имеют заблуждений на его счет. “Вот ведь человек, от него ничего не скроется ” – утверждает Артур Уизли. Но сам директор старается поддерживать иную точку зрения по поводу своих способностей: “Должно быть, Думбли-догг допустил с Губежом ошибку, - пожала плечами мадам Максим. “Это, безусловно, возможно”, - вежливо согласился Дамблдор”. Да и верный член Ордена Феникса Снейп всячески внушает эту информацию сторонникам Волдеморта: ”Дамблдор был великим волшебником, Темный Лорд признает это. Однако, я очень рад сообщить, что Дамблдор стареет. Поединок с Темным Лордом в прошлом месяце потряс его. С тех пор у него осталось серьезное повреждение, потому что его реакции медленнее, чем они были когда-то”.

И лишь когда приходит время раскрыть карты, он позволяет себе реально говорить о своих возможностях: “Я не имею ни малейшего желания отправляться в Азкабан. Разумеется, я легко мог бы бежать – но это такая бездарная потеря времени!” Да и проявлять себя в истинном лице тоже: “Вряд ли можно было себе представить более устрашающий взгляд, чем тот, которым Дамблдор пронзал лежащее на полу без сознания тело Шизоглаза Хмури. На лице директора не было и следа обычной доброжелательной улыбки, в глазах не посверкивали лукавые огоньки... каждая чёрточка древнего лица горела холодной яростью... от Дамблдора исходила властная сила, он будто бы источал жар...”

А для студентов Хогвартса Альбус Дамблдор прежде всего директор, а потом уже борец в Волдемортом и общественный деятель. И с этой ролью он справляется превосходно. Он уже много лет работает в Хогвартсе и до того как занять директорское кресло преподавал трансфигурацию, о чем сообщает Том Реддл в “Комнате Секретов”. Преподавательский состав Дамблдор подбирает явно под себя. По крайней мере он руководствуется не профессиональными качествами учителей, потому что принимает на работу Трелони, сделавшую в своей жизни всего два правдивых предсказания, Хагрида, который даже не получил СОВ, кентавра Флоренцо, который вообще человеком не является и о преподавании вряд ли что-то может знать. Да и преподавателей Защиты от Темных Искусств квалифицированных тоже не видно, но об этом еще будет отдельный разговор. Зато все преподаватели всех предметов (ЗОТИ пока в расчет не берем) – это люди, которые Альбусу Дамблдору преданы и в которых он уверен, не говоря уже о том, что преподаванием занимаются члены Ордена Феникса – Снейп, МакГонагол, Харгид, Люпин.

При этом Дамблдор держит события, происходящие в школе, под довольно жестким контролем, но опять же предпочитает лишний раз этого не афишировать, что осуществление этого самого контроля упрощает. Он использует картины и привидений для отслеживания школьных событий, впрочем не только школьных, но и, например, событий в Министерстве Магии и Мерлин знает где еще.

Использоваться для этой цели, вероятно, могут даже карточки из шоколадных лягушек. Они представляют собой такие же портреты, которые могут перемещаться с одного изображения на другое, а значит могут сообщать нужную информацию со всех уголков Британии! В том что Альбус – достаточно сильный маг, чтобы организовать шпионаж подобного масштаба, думаю, сомневаться повода нет. К тому же он сам об этом говорит как бы шуткой Биллу: “он заявляет, что ему главное остаться на карточках в шоколадушках, остальное неважно, - улыбнулся Билл”. Хотя на самом деле, многие серьезные вещи Дамблдор говорит так, что их воспринимают как шутку и не придают значения. Впрочем, есть и более явные подтверждения того, что директор осведомлен о происходящем в школе намного больше, чем желает демонстрировать. Он сам говорит Гарри: “Мне не нужен плащ, чтобы стать невидимым”. Вобщем, оставим в памяти тот факт, что профессор знает намного больше, чем могло бы показаться, он нам еще пригодиться.

Пожалуй, не помешает и вспомнить об другом моменте, который я уже упоминала. Дамблдор знает многое о своих учениках благодаря лигилименции, которой владеет в совершенстве. Так Гарри постоянно отмечает то, что в присутствии профессора чувствует, что “он стоит под рентгеновским лучом”. И вот к шестому курсу он уже этому не удивляется. “И Гарри испытал привычное ощущение, будто Дамблдор видит его насквозь”

И вот еще одно любопытное наблюдение на счет директора и его взаимоотношения с некоторыми преподавателями, а точнее вполне конкретным – профессором Минервой МакГонаголл. Создается впечатление, что они несколько выходят за рамки простого сотрудничества двух коллег. Вот несколько примеров. Ситуация первая: Дамболдор обнаруживает окаменевшего Колина Криви и приносит его в больничное крыло. При этом Минерва говорит мадам Помфри: ”если бы Альбус не спустился вниз за горячим шоколадом... кто знает, что бы могло случиться...” Ситуация вторая: в “Ордене Феникса” Гарри видит нападение на Артура Уизли. И МакГонаголл приводит его к директору. “Дамблдор сидел за письменным столом в кресле с высокой спинкой; перед ним лежали какие-то бумаги, горела свеча. Он чуть подался вперёд и попал в круг света: белоснежная ночная рубашка, красиво расшитый малиново-золотой халат. Впрочем, на лице – ни тени сна”.

Итак, Дамблдор сидит в кабинете глубоко за полночь (еще в ночной рубашке, но уже не сонный, видимо пришел из личных апартаментов) и ждет, пока МакГонагол приведет Поттера. А откуда он мог знать, что приведет? Так же как откуда она знает такие подробности на счет директорского шоколада. И вообще, зачем Роулинг акцентирует на этом внимание и дает описания, как эти два преподавателя то и дело появляются в домашних одежде, зачем нам знать, что у Минервы халат в клеточку, а у директора гриффиндорской расцветки? Слишком уж это “домашние” подробности для официальных лиц. Да и когда приходит известие о смерти директора можно проследить реакцию Минервы: “Она (МакГонаголл) пристально взглянула на него на мгновение, затем тревожно покачнулась; мадам Помфри, которая казалось, пыталась собраться, наколдовала стул из воздуха, который она пододвинула к МакГонаголл”. Профессор чуть не падает в обморок, хотя это больше похоже на чувствительную миссис Уизли, чем на Минерву с ее стальной выдержкой.

Да и вообще, МакГонаголл - преемница директора: она является завучем колледжа, которому он почти в открытую отдает предпочтение, она ведет тот же предмет, она его личный заместитель. Она даже пытается вести себя так же. “Берите печенье, - нетерпеливо повторила она и показала на жестяную коробку в клеточку, которая стояла на вершине одной из груд бумаг, лежащих на столе”. Как это похоже на знаменитое Дамблдоровское: “Хотите лимонный леденец?”, которым он скрашивает многие неприятные ситуации и разговоры. Вобщем, очевидным становится то, что отношения между этими двумя людьми намного ближе, чем кажется ученикам, глазами которых все происходящее видим мы. И этот факт нам тоже пригодится для последующих рассуждений.

Другая сфера деятельности Дамблдора – борьба с темными силами вообще и с Волдемортом в частности, впрочем в состоянии войны он находится почти постоянно, т.к. до него был Гриневальд, победу над которым директор одержал еще в 1945. Для таких вот подпольных действий (в том смысле, что они ведутся без ведома Министерства и независимо от него) Дамблдор собрал свою команду, имя которой – Орден Феникса. Если приглядеться к этой организации повнимательнее, можно заметить, что практически все ее члены многим, если не всем, обязаны Дамблдору, да и остальные чрезвычайно преданы ему, что видимо и является критерием для принятия в Орден. Это свойство очень важно директору, о чем он сам и говорит: ” я хотел бы поблагодарить тебя, - продолжил Дамблдор, и в его глазах вновь сверкнул огонёк. - Судя по всему, ты проявил истинную преданность мне там, внизу, в Комнате...”

Северуса Снейпа директор защитил от правосудия и всевозможных нападок со стороны; Хагриду дал работу дворника, а затем и учителя, несмотря на то, что его осудили и сломали палочку; Люпину было позволено учится, несмотря на ту опасность, что теоретически он представляет, а позже и работать преподавателем; Мундугус Флетчер “чрезвычайно предан Дамблдору, тот его когда-то вытащил из очень крупной передряги”. И все эти люди оказываются просто незаменимы: Снейп шпионит за Темным Лордом, Люпин втирается в доверие к оборотням, Харгид связывается с гигантами, Мундугус добывает полезную информацию из преступных кругов. У Ордена свои люди в Министерстве (Артур Уизли, Шеклболт Кингсли), в том числе среди авроров (Моуди, Тонкс) и за границей (Чарли, Билл). И для всех членов Ордена слово Дамблдора – закон, общее мнение в этом вопрсе выражает Молли Уизли, чему и учит своих детей. “Мама говорит, что у Дамблдора свои резоны, - угрюмо покачал головой Рон. – Я так понимаю, мы должны его слушаться, верно?” Вам ничего не напоминает такой принцип подбора соратников? Если да, то можете уже начинать делать выводы, если пока нет, то обсудим это в следующей части вместе.

За долгие годы борьбы и активных действий Дамблдор не потерял хватки, но тем не менее от войны он устал, хоть прямым текстом и не признается. Он, как обычно, говорит об этом так, чтоб не привлекать внимания с одной стороны, но все же говорить правду с другой. Когда Гарри спрашивает, что директор видит в Зеркале Сокровенного, отражающем самые большие желания тот отвечает: “Я вижу себя с толстыми шерстяными носками в руках. Носков никогда не бывает слишком много. Вот и еще одно Рождество прошло, а мне так и не подарили ни одной пары. Все почему-то считают, что мне можно дарить только книжки”. Он мечтает, по сути, о покое и уюте, о том, чтобы к нему хоть кто-нибудь относился по-дружески и как к простому человеку, а не директору, заслуженному ученому и борцу со злом, вобщем, о простом домашнем счастье, возможно даже с Минервой МакГонаголл.

Печально, что мечте этой не суждено было реализоваться, но жизнь свою профессор отдал ради правого дела – последней его задачей стала подготовка Мальчика-Который-Выжил к дальнейшим испытаниям, цель которых уничтожение Темного Лорда. Именно воспитание настоящего бойца из трудного подростка Гарри Поттера и станет темой для дальнейших размышлений.

Продолжение следует...